аспирант
graduate student
Background. The digital transformation of public governance has changed the order of interaction between citizens and the state and has strengthened the role of electronic channels for obtaining public services. At the same time, the effectiveness of digitalization should be assessed through its social consequences, including service accessibility, citizens’ trust, the quality of feedback, data protection, the reduction of digital inequality, and the possibility of public participation in the evaluation of public decisions. The author argues that social and economic effectiveness are of determining importance in this system, with due regard to the priority of solving social tasks. Thus, the resource justification of decisions gains significance only when a socially meaningful result is achieved.
Purpose. The purpose of the study is to provide a theoretical substantiation and analysis of mechanisms for ensuring the social effectiveness of the digital transformation of public governance.
Materials and methods. The study is based on the analysis of Russian and foreign scientific publications devoted to the digital transformation of public governance, electronic public services, digital maturity, trust in digital government, civic participation, digital inclusion, and user experience. The methodological basis of the study consists of systemic and comparative analysis, as well as theoretical modeling. Systemic analysis made it possible to consider the digital transformation of public governance as a process related to governance procedures, social relations, legal guarantees, and economic conditions for the implementation of digital solutions. Comparative analysis was used to compare Russian and foreign approaches to assessing the digital state.
Results. The content of the social effectiveness of the digital transformation of public governance is clarified as the ability of digital solutions to ensure socially meaningful results for citizens and social groups. It is substantiated that the mechanism for ensuring social effectiveness is an institutionally established way of translating the goals of digital transformation into verifiable social results, combining governance actors, digital tools, evaluation indicators, feedback channels, and corrective measures. The target mechanism, the public value mechanism, the evaluation mechanism, the governance mechanism, the service accessibility mechanism, the mechanism of citizen-state interaction, the communication mechanism, protective and inclusive mechanisms, the assessment mechanism, and the mechanism for ensuring digital maturity are identified and characterized. It is shown that economic effectiveness should be considered as an accompanying dimension reflecting the cost of decisions, implementation time, the burden on public authorities, and time savings. The developed system of mechanisms makes it possible to link the digital transformation of public governance with the actual position of citizens, the quality of public interaction, and the achievement of social results.
Обоснование. Цифровая трансформация публичного управления изменила порядок взаимодействия граждан с государством и усилила роль электронных каналов получения публичных услуг. При этом результативность цифровизации должна оцениваться через социальные последствия, например, доступность сервисов, доверие граждан, качество обратной связи, защищенность данных, снижение цифрового неравенства и возможность участия населения в оценке публичных решений. Автор доказывает, что социальная и экономическая эффективность в данной системе имеют определяющее значение, с поправкой на первостепенность решения социальных задач. Так, ресурсная обоснованность решений приобретает смысл при условии достижения общественно значимого результата.
Цель – теоретическое обоснование и анализ механизмов обеспечения социальной эффективности цифровой трансформации публичного управления.
Материалы и методы. Исследование выполнено на основе анализа российских и зарубежных научных публикаций, посвященных цифровой трансформации публичного управления, электронным государственным услугам, цифровой зрелости, доверию к цифровому правительству, гражданскому участию, цифровой инклюзии и пользовательскому опыту. Методологическую основу составили системный и сравнительный анализ, а также теоретическое моделирование. Системный анализ позволил рассмотреть цифровую трансформацию публичного управления как процесс, связанный с процедурами управления, социальными отношениями, правовыми гарантиями и экономическими условиями реализации цифровых решений. Сравнительный анализ использован для сопоставления российских и зарубежных подходов к оценке цифрового государства.
Результаты. Уточнено содержание социальной эффективности цифровой трансформации публичного управления как способности цифровых решений обеспечивать общественно значимые результаты для граждан и социальных групп. Обосновано, что механизм обеспечения социальной эффективности представляет собой институционально закрепленный способ перевода целей цифровой трансформации в проверяемые социальные результаты, объединяющий субъектов управления, цифровые инструменты, показатели оценки, каналы обратной связи и меры корректирования. Выделены и охарактеризованы целевой механизм, механизм публичной ценности, оценочный механизм, механизм управления, механизм доступности сервисов, механизм взаимодействия гражданина и государства, коммуникационный механизм, защитный и инклюзивный механизмы, механизм оценки и механизм обеспечения цифровой зрелости. Показано, что экономическая эффективность должна рассматриваться как сопровождающее измерение, отражающее стоимость решений, сроки, нагрузку на органы власти и экономию времени. Разработанная система механизмов позволяет связать цифровую трансформацию публичного управления с реальным положением гражданина, качеством публичного взаимодействия и достижением социального результата.